Я, снова я и другие животные

23.03.2018

Раньше мне было просто писать. В начале 90-х я «придумала» жанр коротких бытовых зарисовок, который назвала «брызги». Сейчас вспоминать о том смешно, но, думаю, то что Ростислав Филиппов, который одно время был редактором газеты Иркутская культура (у него было прозвище Жираф Филипп) с высоты своей сутулости посмотрел на меня, двадцати-с-копейками-летнюю, ободряюще и принял первую, потом вторую, а потом и так далее подборку в печать. «Брызги» преследовали меня долго, чуть ли не всю журналистскую карьеру в «Труде». Увиденное, услышанное, учуянное (как, например, весна после зимы) становилось темой для небольшого текста.

Ныне этот жанр процветает и носит название «пост в социальной сети». Возможно, поэтому он стал мне не просто неинтересен, а прямо-таки постыл. Не в смысле моего высокомерия к авторам подобных зарисовок в фейсбуке и пр. – многих я читаю с удовольствием и даже наслаждением. Более того, подавляющее большинство авторов пишут гораздо более талантливые «брызги», чем я в свое время. Но сама я сейчас писать такое вдруг разучилась.

А другие тексты даются все сложнее. Хотя по неизбывной журналистской привычке мой глаз до сих пор цепко выхватывает истории достаточной глубины и интересности, от которых можно нетерпеливо потирать руки, а потом – набрасываться на клавиатуру и…

Например, Эстер – нашла более 600 человек родственников по всему миру. Ее день начинается с того, что она смотрит на календарь и начинает рассылать поздравительные или памятные письма – потому что каждый день года обязательно что-то да произошло в этой огромной семье, где Эстер сегодня не просто хранитель, но старейшина…

Например, Ирина и дед Коля – как молодая бизнес-леди встретила на перекрестке дедушку с сумкой из магазина, и вдруг решила ему помочь, и завязалась дружба, и оказалось, что 90-летний дед Коля всю жизнь пишет стихи, и Ирина решила сделать ему подарок – издать книгу…

Например, Тамара Тимофеевна – ученица лауреата Нобелевской премии по экономике Л. В. Канторовича, специалист по применению математических методов в экономике. Она как декабристка приехала в Сибирь, и это ее заслуга, что мы сейчас едим перепелиные яйца, и к идее Байкальского экономического форума она приложила руку, и к разведению страусов в Сибири, и к работе со слюдой, и можно перечислять и перечислять, да все равно обязательно что-нибудь упустишь…

Например, Таня – которая была знакома с Иосифом Бродским, потому что в Ленинграде они входили в один дружеский круг, а сегодня она считает себя социальным волонтером, и в самом деле им является – она просто разговаривает с разными людьми по всему миру, и вдруг у них начинают выправляться какие-то их изгибы, затыки и заморочки. Таня – не психолог, она инженер на пенсии, она любит путешествовать по миру, и приезжая в очередную страну, видит свою задачу не быть туристом, а разговаривать с людьми…

И это – только люди. А сколько было ситуаций, во время которых что-то происходило или о чем-то думалось. Сколько было прочитанных книг (да вот взять хотя бы вчера оконченного очередного Павича, с его тремя короткими нелинейными романами), просмотренного кино (какую изящную параллель можно было провести от ночного просмотра «Игр разума» к утренней встрече с ученицей Канторовича! – и в прошлой жизни я бы это обязательно сделала), слушанной и слышанной музыки (включая ночные бдения с Элисо Вирсаладзе, о которой я и слыхом не слыхивала, даже об имени ее, а оказывается, такой мир…)

Или недавний Израиль, пятнадцатый по счету, в который было столько важных, если не сказать – судьбоносных встреч, и который мне не достало сил записать. Или не сил – а умения. Или не умения – а желания. Или не желания – а возможности. Инструментарий притупился, запылился, затерялся. Но, возможно, просто настали следующие времена. Не иные, не новые (хотя можно и так, конечно, назвать), а именно следующие.

В финале замечу: все перечисленные выше люди и истории – мои авторы, со всеми из них мы готовим сейчас к печати книжки. Кроме Тани. С Таней еще надо будет поработать в данном направлении…

Но о чем же я хотела написать. Ведь не о том, что писать стало сложнее (оксюморон рулит: сложно писать – и уже настучала 3,5 тысячи знаков). Возможно, идут времена интуитивных текстов. Формулировать, что это, не стану. Попробую написать. В любом случае, «я» и «про меня» отползают на второй план-слой. Мысль становится первичнее сюжета. А цвет, звук, образ и ощущение – дополняют мысль. Как-то примерно так.

  

 Пишу и вспоминаю почему-то Сакре-Кер на Монмартре… Суть интуитивных текстов, вероятно, в том и кроется: разгадать - а с чего вдруг именно Париж, а например, не Вышеград, не граница посреди Ларнаки, не Исакий, в конце концов…

Теги:

Share on Facebook
Please reload

Недавние посты

August 22, 2018

July 21, 2018

Please reload

Архив
Please reload

Поиск по тегам
Please reload

  • Facebook - серый круг
  • Instagram - серый круг

 2018

ТВОРЧЕСКИЙ ТЬЮТОР

как написать и издать книгу